Управление мировоззрением. Развитый социализм, зре - Страница 14


К оглавлению

14

Второе лирическое отступление. Я родился в середине 50-х и успел взглянуть на тов. Сталина в Мавзолее, где они с тов. Лениным мирно возлежали рядышком. Несмотря на это, почти физическое соприкосновение с нашей историей и, казалось бы, с совсем недавним мрачным прошлым, 10 лет тюрьмы советскому человеку за один вопрос при подготовке к очередному празднику «Куда мы повесим товарища Сталина?» (имелся в виду портрет) для меня воспринимаются как далекая экзотика, точно такая же, как Ленский расстрел или казнь декабристов. Я жил, учился и трудился при социализме, в котором не было ни ночей со стуком в дверь, ни массовых депортаций, ни ежедневных разоблачений «врагов народа». Именно этот период существования СССР– с середины 60-х по середину 80-х – был назван «развитым социализмом», и мне посчастливилось стать свидетелем этого уникального исторического явления. Как я уже сказал, я не претендую на лавры ученого-историка, поэтому буду в дальнейшем по возможности описывать и давать оценку только тем событиям, которым являюсь непосредственным свидетелем, хотя экскурсы в прошлое и обращения к документальным свидетельствам при рассмотрении поставленного вопроса неизбежны.

Предельно упрощая взгляды Шафаревича и Кара-Мурзы на поставленный вопрос, их ответы можно сформулировать следующим образом.

И. Р. Шафаревич: Революция 1917 года явилась насильственным срывом России с ее естественного пути развития, на котором она смогла бы достичь максимально высокого уровня жизни населяющих ее народов, и в первую очередь русского народа, который больше всех пострадал и больше всех других народов утратил в вихре пронесшихся над страной войн, революций, слома традиционного уклада жизни и основополагающих нравственных и экономических устоев. Перестройка 90-х явилась не возвращением к утраченным ценностям, а наоборот, последним, добивающим ударом, навсегда уводящим Россию от ее спасительного пути и прямо ведущим к полной утрате независимости и потере идентичности – наподобие государств и племен американских индейцев.

С. Г. Кара-Мурза: Октябрьская революция 1917 года явилась благом для России, ее спасением от затяжного системного кризиса и дальнейшего пути в «никуда». «Советский проект» вывел отсталую страну на передовые позиции в мире, причем почти во всех имеющихся областях человеческой деятельности; создал самую совершенную модель человеческого общежития, надежно гарантировавшую каждому члену общества удовлетворение основных жизненных потребностей, разбудил в людях, населявших еще недавно полусонную окраину мира, невиданный ранее энтузиазм, раскрыл их огромный творческий потенциал, развил в них братские чувства взаимопомощи и готовности к самопожертвованию ради совсем незнакомых людей. Крушение «Советского проекта» – результат «перестройки» – сбросило Россию в глубочайший кризис из всех известных человечеству в Новом времени.

Бросается в глаза, что при совершенно разном подходе к советскому периоду в российской истории оба ученых совершенно одинаково оценивают «перестройку», сменившие ее «реформы» и их последствия как катастрофу вселенского масштаба, грозящую стереть Россию как независимое государство с карты мира, а населяющие ее народы рассыпать в недружный хоровод разношерстных фольклорных групп, радостно отплясывающих псевдонародные танцы под чужую дудку. Каждая такая группа в недалекой перспективе будет, несомненно, иметь свое карликовое государство с самым гордым и независимым названием, но на самом деле будет находиться в абсолютной зависимости от подачек и любого чиха супердержав.

Примечание. Справедливости ради надо заметить, что позитивная оценка итогов «реформ» несмолкаемо звучит исключительно из уст их непосредственных организаторов и исполнителей и отсутствует совершенно среди сколько-нибудь серьезных исследователей – мы уже приводили высказывания некоторых из них выше.

К этому важно добавить, что двух непримиримых противников в оценке исторического значения СССР объединяет и даже тесно сближает не только одинаковый взгляд на «перестройку» и «реформы», не только честный, свободный от всякой политической конъюнктуры взгляд на вещи, но прежде всего искренняя любовь к родине, ее народу, острая боль за его сегодняшнюю трагическую судьбу.

Итак, две исходные, диаметрально противоположные точки зрения сформулированы, но прежде чем перейти к дискуссии, нам нужно определиться по важному вопросу. Образование и существование СССР неразрывно связано с достаточно старыми идеями построения социально справедливого бесклассового общества свободных тружеников, которое получило название «социализм». Поэтому представляется принципиально важным определиться с этим понятием «социализм» и выяснить, в какой мере идеи социализма ответственны за тот социально-экономический строй, который сложился в России к третьей четверти XX века.

2. Признаки социализма и их наличие в СССР

По логике вещей, за разъяснениями по интересующему нас вопросу мы должны были бы обратиться к полному курсу научного коммунизма. Но мы не станем этого делать хотя бы потому, что его многочисленные авторы, доказывавшие десятилетиями, что «единственно верная» наука является еще и «вечно живым учением», в наши дни быстро похоронили свои «убеждения» вместе с «вечным учением» и начали рьяно доказывать прямо противоположное. Поэтому порядочному человеку прикасаться к виршам этих продажных писак в какой-то степени даже оскорбительно. Вдобавок к тому курс научного коммунизма всегда служил идеологическим оружием, поэтому всегда затачивался на актуальном материале и не мог избежать политической конъюнктуры, тут и там поступаясь своими основополагающими принципами. Так, например, практически во всех социалистических учениях их авторы грозят в первую очередь расправиться с традиционной семьей, по их мнению, главным оплотом эгоизма и частно-корыстных интересов, препятствующим воспитанию человека будущего, который, по их планам, должен был жить только интересами общества. Научный коммунизм, сочиненный в СССР, затушевал это непременное условие коммунизма и, как известно, не требовал уложить всех граждан страны в одну постель.

14